разводя мыльный порошок, как требуется по инструкции, с любезной улыбкой снова разъясняю хозяевам устройство стиральной машин..
Я куплю тебе лубков, Дам гороху и бобов". Тут Иван с печи слезает, Малахай свой надевает..
Только в 1829 г. вышло полное издание "Илиады" размером подлинника. Перевод был горячо приветствуем нашими лучшими писателями, в особенности Пушкиным...
Владимир с княжого седалища встал, Прервалось весельщиков пенье, И миг тишины и молчанья настал - И князю, в сознании новых начал, Открылося новое зренье:
11
Как сон, вся минувшая жизнь пронеслась, Почуялась правда господня, И брызнули слезы впервые из глаз, И мнится Владимиру: в первый он раз Свой город увидел сегодня.
12
Народ, издалека их поезд узнав, Столпился на берег - и много, Скитавшихся робко без крова и прав, Пришло христиан из пещер и дубрав, И славят спасителя бога.
13
И пал на дружину Владимира взор: "Вам, други, доселе со мною Стяжали победы лишь меч да топор, Но время настало, и мы с этих пор Сильны еще силой иною!
14
Что смутно в душе мне сказалось моей, То ясно вы ныне познайте: Дни правды дороже воинственных дней! Гребите же, други, гребите сильней, На весла дружней налегайте!"
15
Вскипела, под полозом пенясь, вода, Отхлынув, о берег забила, Стянулася быстро ладей череда, Передние в пристань вбежали суда, И с шумом упали ветрила.
16
И на берег вышел, душой возрожден, Владимир для новой державы, И в Русь милосердия внес он закон - - Дела стародавних, далеких времен, Преданья невянущей славы!
Март - апрель 1869
ГАКОН СЛЕПОЙ
1
"В деснице жива еще прежняя мочь, И крепки по-прежнему плечи; Но очи одела мне вечная ночь - Кто хочет мне, други, рубиться помочь? Вы слышите крики далече? Схватите ж скорей за поводья коня, Помчите меня В кипение сечи!"
2
И отроки с двух его взяли сторон, И, полный безумного гнева, Слепой между ними помчался Гакон И врезался в сечу, и, ей опьянен, Он рубит средь гула и рева И валит ряды, как в лесу бурелом, Крестит топором И вправо и влево.
3
Но гуще и гуще все свалка кипит, Враги не жалеют урона, Oтрезан Гакон и от русских отбит, И, видя то, князь Ярослав говорит: "Нужна свояку оборона! Вишь, вражья его как осыпала рать! Пора выручать Слепого Гакона!"
4
И с новой напер на врагов он толпой, Просек через свалку дорогу, Но вот на него налетает слепой, Топор свой подъявши.
... Вся внутренность храма была плотно застроена кельями, в храмовых банях каждый день грели воду. Посетителей - монахов и мирян - было необычайно много. Монах без устали рассматривал лица этих людей. Он надеялся найти хоть одного человека с таким же носом, как у него, тогда ему стало бы легче. Поэтому глаза его не замечали ни синих курток, ни белых кимоно, а коричневые шляпы мирян и серые одежды священнослужителей настолько ему примелькались, что их для него все равно что не было. Монах не видел людей, он видел только носы... Но носы в лучшем случае были крючковатые, таких же носов, как у него, видеть ему не приходилось. И с каждым днем монах падал духом все более. Беседуя с кем-нибудь, он бессознательно ловил пальцами кончик своего болтающегося носа, всякий раз при этом краснея, совершенно как ребенок, пойманный на шалости, каковое обстоятельство полностью вытекало из этого его дурного душевного состояния. Наконец, чтобы хоть как-нибудь утешиться, монах выискивал персонажи с такими же носами, как у него, в буддийских и светских книгах. Однако ни в одной из священных книг не говорилось, что у Маудгалаяна или у Шарипутры были длинные носы. Нагарджуна и Ашвагхоша тоже, конечно, оказались святыми с самыми обычными носами. Как-то в беседе о Китае монах услыхал, будто у шуханьского князя Лю Сюань-дэ были длинные уши, и он подумал, насколько менее одиноким почувствовал бы он себя, если бы речь шла о носе. Нечего и говорить, что монах, ломая голову над пассивными средствами, пробовал также и активные способы воздействия на свой нос. Тут он тоже сделал почти все, что возможно. Он пробовал пить настой из горелой тыквы. Он пробовал втирать в нос мышиную мочу. Но что бы он ни предпринимал, нос его по-прежнему свисал на губы пятивершковой колбасой. Но вот однажды осенью один из учеников монаха, ездивший по его поручению в столицу, узнал там у приятеля-врача способ укорачивать длинные носы. Врач этот в свое время побывал в Китае и по возвращении сделался священнослужителем при главной статуе будды в храме Тераку...
