.. Потом Другое время, бал другой Ей снится: перед ней Стоит красавец молодой, Он что-то шепчет ей...
внимание на то, что влекло его к себе с особенной силой, как человека и поэта народного по преимуществу, начиная от природы, которую он подверг такому осязательному анализу, ..
18. А iстоти на днi, що мали її за чужу, заволали: "Погляньте на чудо! Iстота, така ж, як i ми, а лiтає! Ось Месiя, що прийшов нас усiх врятувати!" 19...
..". - В славянофильских и близких к ним кругах стихотворение, в котором дана отрицательная оценка петровских реформ, было встречено с большим сочувствием. С сочувствием отнеслись к нему, насколько можно судить по письму И.С.Аксакова к Толстому, и некоторые представители крепостнического дворянства, приспособившие стихотворение к современным событиям: "Успех Вашего экспромта или песни таков, что начинает пугать и цензоров, и меня...* Публика подхватила ее, выучила наизусть, увидала в ней намеки на современное положение, на разрешение крестьянского вопроса, и - в восторге. Говорят, третьего дня в Дворянском клубе дворяне то и дело повторяли: "Палкою, матушка, палкою", или: "Детушки, матушка, детушки". Однако стихотворение давало возможности и для иного истолкования - в радикальном духе, о чем свидетельствуют одобрительный отзыв журнала "Русское слово" и позднейшие слова Д.И.Писарева о "поучительном разговоре России с царем Петром Алексеевичем". Впоследствии поэт решительно отрекся от своего стихотворения и не включил его в сборник 1867 г. Стихотворение восходит к народной песне, повторяя ее конструкцию (диалогическую вопросо-ответную форму и пр.):
______________ * Стихотворение было напечатано в газете Аксакова "День".
Государь ты наш Сидор Карпович! Много ль тебе на свете пожить будет? Семьдесят лет, бабушка, семьдесят лет, Семьдесят, Пахомовна, семьдесят... и т.д.
Пантелей-целитель. - "Пантелей-целитель" был первым произведением Толстого, в котором он открыто заявил о своем неприязненном отношении к передовым течениям общественной мысли и литературы 60-х годов. Не мудрено, что упоминания о Толстом в журналах демократического лагеря иногда сопровождались насмешливой характеристикой "автор Пантелея". Первая строка восходит к народной песне "Пантелей-государь ходит по двору...".
Змей Тугарин. - Толстой считал "Змея Тугарина" "лучшей из своих баллад" (письмо к А. де Губернатису 1874 г.). Их клятва: Да будет мне стыдно! - См. о ней в "Проекте постановки" "Царя Федора Иоанновича"" (т. 2 наст. изд.). Поле - судебный поединок, а также место его в Древней Руси. Каганская - ханская. К обдорам - на восток (Обдорский край в Сибири). Сила - много.
"Песня о Гаральде и Ярославне. - Норвежский король Гаральд Гардрааде (Строгий), о котором идет речь в стихотворении, царствовал с 1047 до 1066 г.; в 1045 он женился на дочери Ярослава Мудрого Елизавете. Стихотворение возникло в связи с работой Толстого над трагедией "Царь Борис". "Я был приведен к этой балладе, - писал он Стасюлевичу 7 февраля 1869 г., - моим датским принцем в "Царе Борисе". В тот же день он сообщил Маркевичу, что во время разысканий о "норманнском периоде нашей истории" натолкнулся на "факт вполне известный, но весьма мало использованный, а именно - замужество дочерей Ярослава".
... Европейское просвещение Петербурга; не вовсе чуждое тщеславия хлебосольство наших великороссийских дворян; простодушное гостеприимство добрых сибиряков; ловкость и досужество удалых ярославцев, костромитян и володимирцев; способность к письменным делам и необычайное уменье скрывать под простою и тяжелою наружностью ум самый сметливый и хитрый - наших, некогда воинственных, малороссиян; неуклюжество и тупость белорусцев; страсть к псовой охоте степных помещиков; щегольство богатых купцов отличными рысаками; безусловное обожание всего чужеземного наших русских европейцев и в то же время готовность их умереть за славу и честь своей родины; безотчетная ненависть ко всему заморскому наших запоздалых староверов, которые, несмотря на это, не могут прожить без немецкой мадамы или французского мусью; ученость и невежество, безвкусие и утонченная роскошь; одним словом, вы найдете в Москве сокращенье всех элементов, составляющих житейский и гражданский быт России, этого огромного колосса, которому Петербург служит головою, а Москва сердцем. Москва - богатый, неисчерпаемый рудник для каждого наблюдателя отечественных нравов. Может быть, во мне недостало уменья разработать как следует этот богатый рудник; впрочем, и то хорошо, если мне удалось открыть его и указать человеку более меня искусному, где должен он искать не одной руды, вовсе не походящей на металл, который в ней скрывается, но чистых самородков, не всегда золотых- это правда; но ведь золото везде редко, а томпак, семилёр и всякая другая блестящая композиция, которую иногда стараются выдавать нам за пробное червонное золото, право, не стоят нашего простого железа... Да об этом после; дело состоит в том, что я решился напечатать мои записки.
Я человек не очень богатый, так прежде всего должен был подумать о том, во что мне обойдется издание этой книги, а для этого мне нужно было посоветоваться с человеком знающим и опытным...
