...
- По-гусарски, граф, - улыбаясь, сказал один из дворян, по усам,
голосу и какой-то энергической развязности в ногах, очевидно, отставной
кавалерист. - Вы здесь долго намерены пробыть, граф?
- Денег достать нужно; а то бы я не остался. Да и нумеров нет. Чорт их
дери, в этом кабаке проклятом...
- Позвольте, граф, - возразил кавалерист, - да не угодно ли ко мне? Я
вот здесь, в седьмом нумере. Коли не побрезгуете покамест проночевать. А вы
пробудьте у нас денька три. Нынче же бал у предводителя. Как бы он рад был!
- Право, граф, погостите, - подхватил другой из собеседников, красивый
молодой человек: - куда вам торопиться! A ведь это в три года раз бывает -
выборы. Посмотрели бы хоть на наших барышень, граф!
- Сашка! давай белье: поеду в баню, - сказал граф, вставая. - А
оттуда, посмотрим, может, и в самом деле к предводителю дернуть.
Потом он позвал полового, поговорил о чем-то с ним, на что половой,
усмехнувшись, ответил, "что всё дело рук человеческих", и вышел.
- Так я, батюшка, к вам в нумер велю перенести чемодан, - крикнул граф
из-за двери.
- Сделайте одолжение, осчастливите, - отвечал кавалерист, подбегая к
двери. - Седьмой нумер! не забудьте.
Когда шаги его уже перестали быть слышны, кавалерист вернулся на свое
место и, подсев ближе к чиновнику и взглянув ему прямо улыбающимися глазами
в лицо, сказал:
- А ведь это тот самый.
- Ну?
- Уж я тебе говорю, что тот самый дуэлист-гусар, - ну, Турбин,
известный. Он меня узнал, пари держу, что узнал. Как же, мы в Лебедяни с
ним кутили вместе три недели без просыпу, когда я за ремонтом был. Там одна
штука была - мы вместе сотворили - от этого он как будто ничего. А
молодчина, а?
- Молодец. И какой он приятный в обращении! ничего так не заметно, -
отвечал красивый молодой человек. - Как мы скоро сошлись... Что, ему лет
двадцать пять, не больше?
- Нет, оно так кажется; только ему больше. Да ведь надо знать, кто
это? Мигунову кто увез? - он. Саблина он убил, Матнева он из окошка за ноги
спустил, князя Нестерова он обыграл на триста тысяч...
|
