Итак, опишем, с их голоса, все виды драматической поэзии. Если драматическое произведение писано шестистопными рифмованными ямбами с пиитическими вольностями (необходимое условие!..
Я - тот самый тип, что продает вам разное дерьмо. Тот, что заставляет вас мечтать о вещах, которых у вас никогда не будет. О вечно лазурных небесах, о неизменно соб..
На них были вытканы сады, широкие аллеи с деревьями в осеннем уборе, выходившие на площадку, на которой резвились олени или журчали уединенные фонтаны, ниспадавшие в тройные чаши...
К скорбному тут к нему подошел один черноризец, Пал на колени пред ним и сказал: "Помоги, Иоанне! Брат мой по плоти преставился; братом он был по душе мне! Tяжкая горесть снедает меня; я плакать хотел бы - Слезы не льются из глаз, но скипаются в горестном сердце. Ты же мне можешь помочь: напиши лишь умильную песню, Песнь погребальную милому брату, ее чтобы слыша, Мог я рыдать, и тоска бы моя получила ослабу!" Кротко взглянул Иоанн и печально в ответ ему молвил: "Или не ведаешь ты, каким я связан уставом? Строгое старец на песни мои наложил запрещенье!" Тот же стал паки его умолять, говоря: "Не узнает Старец о том никогда; он отсель отлучился на три дня, Брата ж мы завтра хороним; молю тебя всею душою, Дай утешение мне в беспредельно горькой печали!" Паки ж отказ получив: "Иоанне!- сказал черноризец,- Если бы был ты телесным врачом, а я б от недуга Так умирал, как теперь умираю от горя и скорби, Ты ли бы в помощи мне отказал? И не дашь ли ответа Господу богу о мне, если ныне умру безутешен?" Так говоря, колебал в Дамаскине он мягкое сердце. Собственной полон печали, певец дал жалости место; Черною тучей тогда на него низошло вдохновенье, Образы мрачной явились толпой, и в воздухе звуки Стали надгробное мерно гласить над усопшим рыданье. Слушал певец, наклонивши главу, то незримое пенье, Долго слушал, и встал, и, с молитвой вошедши в пещеру, Там послушной рукой начертал, что ему прозвучало. Так был нарушен устав, так прервано было молчанье. __________
Над вольной мыслью богу неугодны Насилие и гнет: Она, в душе рожденная свободно, В оковах не умрет!
Ужели вправду мнил ты, близорукий, Сковать свои мечты? Ужель попрать в себе живые звуки Насильно думал ты?
С Ливанских гор, где в высоте лазурной Белеет дальний снег, В простор степей стремяся, ветер бурный Удержит ли свой бег?
И потекут ли вспять струи потока, Что между скал гремят? И солнце там, поднявшись от востока, Вернется ли назад?
8
Колоколов унылый звон С утра долину оглашает. Покойник в церковь принесен; Обряд печальный похорон Собор отшельников свершает.
... Пред кем святая Русь благоговеет, Он отроком, безвестен и презрен, Сын рыбаря, чудовищ земноводных Ловитвой жил; в пучинах ледяных, Душой алкая стран и дел иных, Изнемогал в усилиях бесплодных!...
