Откройтесь мне, равно как на духу: Что привело вас к этому греху?
29
Конечно, вы пришли к нему не сами, Характер ваш невинен, чист и прям! Я помню, как дитeй за мотыльками Порхали вы средь кашки по лугам! Нет, юный друг, вы ложными друзьями Завлечены! Откройте же их нам! Кто вольнодумцы? Всех их назовите И собственную участь облегчите!
30
Что слышу я? Ни слова? Иль пустить Уже успело корни в вас упорство? Тогда должны мы будем приступить Ко строгости, увы! и непокорство, Сколь нам ни больно, в вас искоренить! О юноша! Как сердце ваше черство! В последний раз: хотите ли всю рать Завлекших вас сообщников назвать?"
31
К нему Попов достойно и наивно: "Я, господин полковник, я бы вам Их рад назвать, но мне, ей-богу, дивно... Возможно ли сообщничество там, Где преступленье чисто негативно? Ведь панталон-то не надел я сам! И чем бы там меня вы ни пугали - Другие мне, клянусь, не помогали!"
32
"Не мудрствуйте, надменный санкюлот! Свою вину не умножайте ложью! Сообщников и гнусный ваш комплот Повергните к отечества подножью! Когда б вы знали, что теперь вас ждет, Вас проняло бы ужасом и дрожью! Но дружбу вы чтоб ведали мою, Одуматься я время вам даю!
33
Здесь, на столе, смотрите, вам готово Достаточно бумаги и чернил: Пишите же - не то, даю вам слово: Чрез полчаса вас изо всех мы сил..." Тут ужас вдруг такой объял Попова, Что страшную он подлость совершил: Пошел строчить (как люди в страхе гадки!) Имен невинных многие десятки!
34
Явились тут на нескольких листах: Какой-то Шмидт, два брата Шулаковы, Зерцалов, Палкин, Савич, Розенбах, Потанчиков, Гудим-Бодай-Корова, Делаверганж, Шульгин, Страженко, Драх, Грай-Жеребец, Бабков, Ильин, Багровый, Мадам Гриневич, Глазов, Рыбин, Штих, Бурдюк-Лишай - и множество других.
35
Попов строчил сплеча и без оглядки, Попались в список лучшие друзья; Я повторю: как люди в страхе гадки - Начнут как бог, а кончат как свинья! Строчил Попов, строчил во все лопатки, Такая вышла вскоре ектенья, Что, прочитав, и сам он ужаснулся, Вскричал: фуй! фуй! задрыгал - и проснулся.
36
Небесный свод сиял так юн и нов, Весенний день глядел в окно так весел, Висела пара форменных штанов С мундиром купно через спинку кресел; И в радости уверился Попов, Что их Иван там с вечера повесил - Одним скачком покинул он кровать И начал их в восторге надевать.
... Свадьбу сыграли вместе с новосельем. Но если мать Хуана радушно встречает невестку, то его сестра Энкарнасьон и её муж Антонио относятся к ней настороженно, видя в Кармен и её будущих детях угрозу своим пяти отпрыскам, которых в значительной степени содержит Хуан.
Однако проходят три года, а детей у молодой пары нет. Сеньора Ангустиас объясняет это тем, что Кармен постоянно терзает страх за Хуана. Действительно, в день корриды — а их у молодого тореро за сезон больше, чем у кого бы то ни было в Испании, — молодая женщина не находит себе места, ожидая телеграммы, и проводит все утро в церкви за истовой молитвой, боясь пропустить хоть слово, чтобы тем самым не навредить Хуану. Через четыре года после женитьбы тореро уже может позволить себе приобрести богатое поместье Ринконада, где когда-то он вместе с голодными товарищами показывал хозяину свое искусство начинающего тореро.
И вот как-то после окончания сезона, когда Хуан Гальярдо наслаждается отдыхом от тяжелых коррид и изматывающих переездов по всей Испании, он знакомится в Севилье с доньей Соль, племянницей маркиза Мораймы, одного из знатных людей города. Эта блестящая женщина объехала со своим мужем, дипломатом, почти все столицы мира, кружа своей красотой и образованностью головы даже коронованным особам. И сейчас, овдовев и решив немного пожить на родине, она продолжает выписывать туалеты из Парижа, что не мешает ей увлекаться народной музыкой и танцами, которые она находит очень экзотичными, и учиться играть на гитаре. Хуана как местную знаменитость приглашают в имение маркиза на охоту на быков, во время которой донья Соль проявляет неосторожность, — жизнь её спасает Хуан. После этого у них начинается бурный роман, но если тореро всецело поглощен охватившим его чувством и полностью находится во власти этой женщины, то для доньи Соль он не более чем очередная игрушка. Забыв о семье и поместье Ринконада, Хуан проводит много времени в обществе доньи Соль, не стесняясь разъезжать вместе верхом. Хуан гордится этой открытой связью, хотя она приносит ему много горечи: донья Соль капризна, переменчива и своенравна.
Так проходят осень и зима; начинается новый сезон корриды...
