различия друзей), а потом мягким голосом, ласково, этак с лукавинкой даже, пробуешь втолковать ребенку, что животное, относящееся к роду лошадей, уж так оно устроено, предпочита..
Я раньше начал, кончу ране, Мой ум не немного совершит; В душе моей, как в океане, Надежд разбитых груз лежит. Кто может, океан угрюмый, Твои изведать тайны?..
У Софи сегодня урок музыки. Но я всегда считала Стюарта и Оливера противоположными полюсами чего-то... взросления пожалуй. Стюарт думал, что повзрослеть значит заня..
Ты лезешь за ножом? Не беспокойся! Твоя бумага за семью замками, А это только список. Слушай, друг: С тобой вчера князь Шуйский сторговался, Чтоб на меня поднять народ. Сегодня С двумя Нагими, с Вольским и Мстиславским Об этом вместе толковали вы. Мне стоит захотеть - и через час Твое клевать вороны будут мясо!
Б и т я г о в с к и й Боярин...я... я не хотел...
Г о д у н о в Молчи! Теперь ты должен притвориться, будто Ты служишь Шуйскому. Ступай шататься По площадям, по рынкам, по базарам, Но распускай молву, что Шуйский с Бельским Хотят царя отравой извести; Что погубить и Федора решили И Дмитрия царевичей; что если б Не Годунов - они бы царский корень Уж извели; что Годунов один Блюдет царя и охраняет царство. Ты понял?
Б и т я г о в с к и й Понял.
Г о д у н о в Приходи сегодня Ко мне, в мой дом, по заднему крыльцу, Когда стемнеет. Там тебя дворецкий Проводит дальше. Каждый вечер ты Ко мне являться будешь. Все, что Шуйский, Иль Бельский, иль другой тебе прикажут, Ты будешь мне передавать. И помни: Где б ни был ты, я за тобой слежу - Не захоти и думать о побеге. Различье ж, знай, меж мной и Шуйским то, Что правежом тебя стращает Шуйский, А я тебе грожу такою казнью, Какой бы не придумал и Малюта Скуратов-Бельский, мой покойный тесть! (Уходит.) Битяговский остается в оцепенении.
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
ПОКОИ ЦАРИЦЫ МАРИИ ФЕДОРОВНЫ
Царица и мамка царевича Димитрия.
Ц а р и ц а Что ж, мамка? Уложила ты его? Заснул ли он, голубчик мой, царевич?
М а м к а Заснул, царица-матушка, заснул! Уж любовалась, на него я глядя: Лежит смирнехонько, закрымши глазки И этак ручки сжамши в кулачки. Вишь, бегая, мой светик уморился; Такой живой! Не в старшего он братца, Не в Федора Иваныча пойдет! Тот тих и смирен, словно не царевич, Не то что братец был Иван Иваныч! Тот, царствие небесное ему, На батюшку похож был. Ох-ох-ох! Подумаешь, как кончился-то он! Ах, грех какой! Не верится доселе!
Ц а р и ц а Не будем говорить про это, мамка. Не присылал ли государь сказать, Что он придет? Не присылал ли он Кого спросить, здоров ли мой царевич?
М а м к а Нет, матушка, не присылал.
Ц а р и ц а Бывало, Он каждый день наведывался сам!
М а м к а Нет, матушка, не присылал. А вот Когда мы давеча гулять ходили, К нам подходил боярин Годунов, Брал на руки царевича, ласкал И любовался им.
Ц а р и ц а И ты дала Ему ласкать царевича? Никто Его ласкать не должен. Слышишь, мамка?
... Такой же причиной, как отказ Наполеона отвести свои войска за Вислу и отдать назад герцогство Ольденбургское, представляется нам и желание или нежелание первого французского капрала поступить на вторичную службу: ибо, ежели бы он не захотел идти на службу и не захотел бы другой, и третий, и тысячный капрал и солдат, настолько менее людей было бы в войске Наполеона, и войны не могло бы быть. Ежели бы Наполеон не оскорбился требованием отступить за Вислу и не велел наступать войскам, не было бы войны; но ежели бы все сержанты не пожелали поступить на вторичную службу, тоже войны не могло бы быть. Тоже не могло бы быть войны, ежели бы не было интриг Англии, и не было бы принца Ольденбургского и чувства оскорбления в Александре, и не было бы самодержавной власти в России, и не было бы французской революции и последовавших диктаторства и империи, и всего того, что произвело французскую революцию, и так далее. Без одной из этих причин ничего не могло бы быть. Стало быть, причины эти все -- миллиарды причин -- совпали для того, чтобы произвести то, что было. И, следовательно, ничто не было исключительной причиной события, а событие должно было совершиться только потому, что оно должно было совершиться. Должны были миллионы людей, отрекшись от своих человеческих чувств и своего разума, идти на Восток с Запада и убивать себе подобных, точно так же, как несколько веков тому назад с Востока на Запад шли толпы людей, убивая себе подобных. Действия Наполеона и Александра, от слова которых зависело, казалось, чтобы событие совершилось или не совершилось, -- были так же мало произвольны, как и действие каждого солдата, шедшего в поход по жребию или по набору...
