В день своего появления на свет он уже, что называется, вышел в тираж. Есть страны, где люди доживают до глубокой старости: в Нейи-сюр-Сен стариками рождаются...
В 1833 году он умер. ВОЕННЫЙ ГИМН ГРЕКОВ (Сочинение Риги) Воспряньте, Греции народы! День славы наступил...
И.Шувалову] плодов сего училища. Я не знаю, каким образом попал я и брат мой в сие число избранных учеников. Директор с своею супругою и человек ..
Ч у д о в с к и й а р х и м а н д р и т Так князь Иван Петрович Свое согласье дал?
А н д р е й Ш у й с к и й Насилу дал! Вишь, больно жаль ему царицы было: Я в доме-де своем справляю свадьбу, Племянницу за князя Шаховского, Вишь, выдаю,- царицу же с царем Я разлучу; у нас веселье будет, У них же плач!
Б л а г о в е щ е н с к и й п р о т о п о п Зело он мягкосерд.
Д м и т р и й Ш у и с к и й Такой уж норов: в поле лютый зверь, А снял доспех - и не узнаешь вовсе, Другой стал человек.
Г о л о в и н А как же он Согласье дал?
А н д р е й Ш у й с к и й Спасибо князь Василыо, Он уломал его.
Г о л о в и н Не жду я проку От этого. По мне: уж если делать - Так все иль ничего.
А н д р е й Ш у й с к и й А что б ты сделал?
Г о л о в и н Попроще б сделал, да теперь, вишь, нам Не время толковать об этом. Шш! Вот он идет!
Входят Иван Петрович Шуйский с Василием Шуйским, который держит бумагу.
Кн. И в а н П е т р о в и ч Отцы! Князья! Бояре! Бью вам челом - и вам, торговым людям! Решился я. Нам доле Годунова Терпеть нельзя. Мы, Шуйские, стоим Со всей землей за старину, за церковь, За доброе строенье на Руси, Как повелось от предков; он же ставит Всю Русь вверх дном. Нет, не бывать тому! Он - или мы! Читай, Василь Иваныч!
В а с и л и й Ш у й с к и й (читает) "Великому всея Русии князю, Царю и самодержцу, государю Феодору Иванычу - от всех Святителей, князей, бояр, попов, Всех воинских людей и всех торговых, От всей земли: царь, смилуйся над нами! Твоя царица, родом Годунова, Неплодна есть, а братец твой, Димитрий Иванович, недугом одержим Падучиим. И если б, волей божьей, Ты, государь, преставился, то мог бы Твой род пресечься и земля в сиротство Могла бы впасть. И ты, царь-государь, Нас пожалей, не дай остаться пусту Отцовскому престолу твоему: Наследия и чадородья ради, Ты новый брак прими, великий царь, Возьми себе в царицы (имярек)..."
Кн. И в а н П е т р о в и ч Мы имя впишем после; со владыкой Решим, кого нам указать. Читай!
В а с и л и й Ш у й с к и й (продолжает) "Неплодную ж царицу отпусти, Царь-государь, во иноческий чин, Как то твой дед покойный учинил, Великий князь Василий Иоанныч. И в том тебе мы, целою землею, От всей Руси, соборне бьем челом И руки наши прилагаем".
Кн. И в а н П е т р о в и ч (к боярам.) Все ли Согласны подписаться?
Б о я р е Все согласны!
Кн. И в а н П е т р о в и ч (к духовным) А вы, отцы?
Б л а г о в е щ е н с к и й п р о т о п о п Святой владыко нас Благословил тебе дать руки.
... Она вернулась к пациенту и ощупала его живот. До кишечника кандидоз еще не добрался. Вдруг Клер замерла. Незнакомец свистел. Громко свистел. И весело. Он не был болен. Ни один больной не станет так свистеть в приемной. Может, это тот, кто украл у нее сумку? Да, конечно, это он. Ведь в кошельке у Клер он обнаружил всего двести франков. Этого оказалось мало. Он видел ее документы, знает, что она врач, и пришел за деньгами, которые она получает за консультации. И теперь ждет, когда она останется одна. Пока старик одевался, Клер приоткрыла ящик стола. И зажала в кулаке холодный баллончик со слезоточивым газом. Положила его в карман. Вдруг незнакомец перестал свистеть. Когда Клер, провожая пациента, подошла к двери, человек исчез. Она прислонилась спиной к двери и глубоко вздохнула. И только тут заметила, что на подушке прямо на виду посередине диванчика лежит сумка, ее сумка, которую у нее украли. Взяли только деньги и кредитную карточку. Клер отменила слесаря. И приготовилась к приходу следующей больной, с отитом. Было восемь часов. Как всегда по вечерам, Клер, проводив последнего пациента, задержалась у себя в кабинете. Она разглядывала свою крохотную смотровую комнату, блестящие стальные крепления стола, инструменты и флаконы, аккуратно расставленные и разложенные в стеклянном шкафу. Она села в одно из двух кресел для пациентов и огляделась, как это сделал бы больной, пришедший к ней впервые. Плакаты в рамочках, лампы, книжный шкаф, ковер, все ей здесь нравилось. Клер закрыла глаза. Она была счастлива. Становилось все холоднее. Скоро гриппов, ангин и бронхитов будет больше и больше. Осень и зима были ее любимыми временами года. Квартиру она разделила надвое. Кабинет занимал большую часть, а жила Клер в совсем маленькой комнате. Дверь между ними была приоткрыта. Клер вздохнула. Мишель уже пришел. Она оставила его два года назад и жила одна, но виделись они чуть ли не каждый день. И у Мишеля тоже были ключи. Она вошла бесшумно. Лежа на кровати, он не читал, не смотрел телевизор, даже не спал. Он ничего не делал. Он ждал ее. Она кашлянула. Увидев ее, он встал и подошел поцеловать. Потом, как всегда, внимательно посмотрел на нее...
