Вопреки воле отца, без каких бы то ни было средств он вместе со своим товарищем, Соколовым, отправляется..
- К этому проклятому Сен-Клеру нельзя питать ни малейшего доверия. - Я думаю, что он близок к иезуитам (*2), - возразил Жюль Ламбер. - Один знакомый ..
Крестьяне содержали панов, их дворню, приживалов и приживалок. Как обращались с крепостными? В отрывке "И...
Усердие его Царь жаловал. А ты меня посватал, Чтобы к царю Ивану ближе стать. Что ж? Удалось. Ты царским свояком, Ты шурином стал царским, а потом Правителем, а ныне государем. Где ж дочери Скуратова Малюты Указывать тебе! Перед тобой Поклонную я голову держать Всегда должна. Прости же, государь, Прости меня за глупую мою, За бабью речь. Вперед, отец, не буду! (Уходит.) Входит Семен Годунов.
Б о р и с Какие вести? Ну?
С е м е н Г о д у н о в Чернигов взят!
Б о р и с Не может быть!
С е м е н Г о д у н о в Изменники связали В нем воевод и к вору привели. Путивль, Валуйки, Белгород, Воронеж Ему сдались, Елец и Кромы также. Один лишь Северск держится. Басманов Засел в нем насмерть. Лаской и угрозой Старался вор склонить его, но он На увещанья отвечал ему Картечию.
Б о р и с Я не ошибся в нем!
С е м е н Г о д у н о в Я говорил тебе: не верь боярам! Верь только тем, кто, как и мы с тобой, Не древней крови!
Б о р и с Что еще принес ты?
С е м е н Г о д у н о в Мятежный дух как будто обуял Не только край, но самые войска. Что день, к врагу они перебегают, Скудеет рать...
Б о р и с О чем же воеводы Там думают? От страху ль потеряли Рассудок свой? Наказ послать им строгий, Чтоб вешали изменников! Чтоб всех, Кто лишь помыслит к вору перейти, Всех, без пощады, смертию казнили! Не то - я сам явлюся между них!
С т о л ь н и к (входя) Боярин князь Василь Иваныч Шуйский!
С е м е н Г о д у н о в С чем старая лисица приплелась?
Б о р и с Пускай войдет! Шуйский входит. Борис смотрит на него пристально. Ты слышал вести?
Ш у й с к и й Слышал, Царь-государь.
Б о р и с Что скажешь ты на это?
Ш у й с к и й Неладно, царь.
Б о р и с Неладно - вижу я! А кто виной? Бояре продают - Да, продают меня!
Ш у й с к и й Суди их бог!
Б о р и с Им божьего суда не миновать. Но до того я в скорых числах буду Их сам судить. Мстиславского меж тем Я к рати шлю.
Ш у й с к и й Ему и книги в руки. Он старше всех. Голов там больно много. Не прогневись, великий государь, За простоту, дозволь мне слово молвить.
Б о р и с Скажи.
Ш у й с к и й Когда б ты захотел туда Поехать сам - все снял бы как рукою.
Б о р и с А вам Москву оставить? Знаем это. Нет, оставлять Москву царю не час. Придумай лучше.
Ш у й с к и й А не то еще Вот что, пожалуй: вдовая царица, Димитриева мать, теперь на Выксе, Пострижена сидит.
..... Помолимся же вместе о том, чтобы всем сердцем в нее поверить.
6 июля 1904 г.
Годы проходят! Одиннадцать лет! Я уезжала далеко, вернулась и вновь собираюсь уехать.
У тебя, конечно, свой дом, дорогой мой Луи, ведь ты теперь совсем взрослый и, конечно, обзавелся семьей, для которой ты так много значишь.
А ты сам, какой ты стал? Я представляю себе, что лицо у тебя пополнело, плечи стали шире, а седых волос, должно быть, еще немного и, уж наверное, как прежде, твое лицо все озаряется, когда улыбка вот-вот тронет твои губы.
А я? Не стану описывать тебе, как я переменилась, превратившись в старую женщину. Старую! Женщины стареют раньше мужчин, и, будь я рядом с тобою, я выглядела бы твоей матерью - и по наружности, и по тому выражению глаз, с каким бы я смотрела на тебя.
Видишь, как мы были правы, расставшись вовремя. Теперь уж мы перестрадали, успокоились, и сейчас мое письмо, которое ты, конечно, узнал по почерку на конверте, явилось для тебя почти развлечением.
25 сентября 1893 г.
Мой дорогой Луи!
Вот уже двадцать лет, как мы расстались... И вот уже двадцать лет, как меня нет в живых, дорогой мой. Если ты жив и прочтешь это письмо, которое перешлют тебе верные и почтительные руки,- те, что в течение многих лет пересылали тебе мои предыдущие письма, ты простишь мне,- если ты еще не забыл меня,- простишь, что я покончила с собой на другой же день после нашей разлуки. Я не могла, я не умела жить без тебя.
Мы вчера расстались с тобой. Посмотри хорошенько на дату - в начале письма. Ты, конечно, не обратил на нее внимания. Ведь это вчера мы в последний раз были с тобою в нашей комнате и ты, зарывшись головой в подушки, рыдал как ребенок беспомощный перед страшным своим горем. Это вчера, когда в полуоткрытое окно заглянула ночь, твои слезы, которых я уже не могла видеть, катились по моим рукам. Это вчера ты кричал от боли и жаловался, а я, собрав все свои силы, крепилась и молчала.
А сегодня, сидя за нашим столом, окруженная нашими вещами, в нашем прелестном уголке, я пишу те четыре письма, которые ты должен получить с 'большими промежутками...
