. А и того еще хуже (с нами сила крестная!), если в виде польского пана являлся тебе злой искуситель. Ты знаешь, что у нас в Киеве, за грехи наши, много и колдунов и ведьм...
.. И вот три года я щедрою рукою рассылаю во все концы моего обширного отечества свои произведения, прошедшие сквозь чистилище упомянутого пламени. Писал я прозой, писа..
Сегодня она будет искать меня в яме, чтобы проклинать всю ночь, а меня нет. (Ест.) Собаки, все собаки. Она тоже слепая. Какую гадость ты мне даешь, я не стану этого есть! Другим то же дают?..
Мы Должны теперь о настоящем думать. Великую, царица, можешь ты Беду от царства отвратить: лишь стоит Перед народом клятву дать тебе, Что Дмитрий мертв и погребен. Согласна ль На это ты?
М а р ф а Я выдала себя - Мой сын убит. Но как о том народу Я повещу? Ты в том ли мне велишь Крест целовать, что на моих глазах Тобою купленная мамка сына Убийцам в руки предала?
Б о р и с Клянусь, Я не приказывал того!
М а р ф а Мой сын Тобой убит. Судьба другого сына Послала мне - его я принимаю! Димитрием его зову! Приди, Приди ко мне, воскресший мой Димитрий! Приди убийцу свергнуть твоего! Да, он придет! Он близко, близко - вижу, Победные его уж блещут стяги - Он под Москвой - пред именем его Отверзлися кремлевские ворота - Без бою он вступает в город свой - Народный плеск я слышу - льются слезы - Димитрий царь! И к конскому хвосту Примкнутого тебя, его убийцу, Влекут на казнь!
Ц а р и ц а Пророчит гибель нам Твоя гортань? (Схватывает зажженную свечу и бросается с нею на Марфу.) Так подавись же, сука!
Б о р и с (удерживая ее, к Марфе) Отчаянью прощаю твоему. Размыслишь ты, что месть твоя не может Царевича вернуть, но что в твоей, Царица, власти помешать потокам Кровавым течь и брату встать на брата. Не мысли ты, что до Москвы без боя Дойдет тот вор! Нет, он лишь чужеземцев К нам приведет! Раздор лишь воспалит он! Утраченный тебе твой дорог сын; Но менее ль тебе, царица, дорог Покой земли? Молчанием своим Усобице откроешь ты затворы, Тьма бед, царица, по твоей вине, Падет на Русь! За них пред богом будешь Ты отвечать. О том раздумать время Даю тебе - прости! Свети мне, Марья! (Уходит с царицей.)
М а р ф а (одна) Ушли - и жало жгучее уносят В своих сердцах! Я ранила их насмерть, Я, Дмитриева мать! Теперь их дни Отравлены! Без сна их будут ночи! Лишь от меня спасения он ждал - Я не спасу его! Пусть занесенный Топор падет на голову ему! Прости, мой сын, что именем твоим Я буду звать безвестного бродягу! Чтоб отомстить злодею твоему, На твой престол он должен сесть; венец твой Наденет он; в твой терем он войдет; Нарядится он в золото и в жемчуг - А ты, мой сын, мое дитя, меж тем В сырой земле ждать будешь воскресенья, Во гробике! О господи! Последний Ребенок нищего на божьем солнце Волен играть - ты ж, для венца рожденный, Лежишь во тьме и в холоде! Не время Твои пресекло дни! Ты мог бы жить! Ты вырос бы! На славу всей земле Ты б царствовал теперь! Но ты убит! Убит мой сын! Убит, убит мой Дмитрий! (Падает наземь и рыдает.)
...
С той поры не называли
Знаменитого Родрига
Мавры иначе, как Сидом.
2
Полных семь лет без успеха
Неприступную Коимбру
Осаждал Дон-Фердинанд.
Никогда б не одолел он
Непрпступныя Коимбры,
Крепкой башнями, стенами...
Но является Сан-Яго,
Рыцарь господа Христа:
На коне он скачет белом,
С головы до ног в доспехах
Свежих, чистых и блестящих.
"Сим ключом, который блещет
У меня в руках (сказал он),
Завтра утром на рассвете
Отопру я Фердинанду
Неприступную Коимбру".
И король вступил в Коимбру;
И мечеть ее назвали
Церковью Марии Девы.
Там был рыцарем поставлен
Дон-Родриго, граф Биварский.
Сам король своей рукою
Меч к бедру его привесил,
Дал ему лобзанье мира;
Только не дал акколады,
Ибо то уж для другого
Было сделано им прежде;
И, в особенную почесть,
онь в блестящей сбруе Сиду
Подведен был королевой,
А инфанта золотые
На него надела шпоры.
3
Мрачен, грустен Дон-Диего...
Что сравнить с его печалью?
День и ночь он помышляет
О бесчестии своем...
