Он всегда носил при себе эти монеты. Они заманчиво звенели, оттягивая пустой мешочек кармана. Монеты были разные. На самых больших, цвета золота с кровью, ..
За то, что льстил и подличал перед графом до такой степени, что гадко было видеть это!.. Только что ноги не целовал у него!.. Вильгельмина Федоровна...
Но больше всего меня поразило другое. Отражение какой-то страшной рожи мелькнуло на поверхности круглого стекла моих часов. Я испуганно обернулся...
За доблесть за твою, За славную за службу и за кровь - Прими от нас великий наш поклон И от земли русийской челобитье! (Берет у стольника золотое блюдо, насыпанное червонцами, и подает Басманову.)
Б а с м а н о в (принимая блюдо) Великий царь! За малую ты службу Чрез меру мне сегодня воздаешь! Дозволь мне, царь, вернуться к войску. Там, Быть может, мне твою удастся милость И вправду заслужить! (Передает блюдо стольнику.)
Б о р и с Пожди еще. Тяжелое принудило нас время Быть строгими. Москва все эти дни Опал довольно видела и казней. Она должна увидеть на тебе, Как верных слуг, за правду их, умеет Царь награждать. Садись со мною рядом.
Садится за стол. По правую его руку царица, Федор и Ксения; по левую Басманов. Бояре размещаются за другими столами. Слуги раз- носят блюда.
О д и н б о я р и н (за крайним столом налево) Мне на царевну Ксенью жаль смотреть, Вошла в палату, на ногах едва Держалася.
Д р у г о й По женихе тоскует. Чай, нелегко сидеть в алмазах ей Да в жемчуге, когда на сердце смерть!
П е р в ы й Царевич также невесел.
Д р у г о й А царь-то!
Б о р и с (к Басманову) Не в радостный ты час к нам прибыл, Петр. Семейное меня постигло горе, Затем порой задумчив я кажусь; Но славная твоя победа нас Оправила.
Б а с м а н о в Великий государь, Дай бог тебе веселья и здоровья И всех врагов подлоги покорить!
С а л т ы к о в (за другим столом налево) Мы похоронный точно пир справляем. Смотри, как он веселым хочет быть, А сам не свой!
Г о л и ц ы н Ему недуг, быть может, Невмоготу.
С а л т ы к о в Кабы да тот недуг Нам впрок пошел! Царевны Ксеньи жаль.
Г о л и ц ы н Да, жаль ее.
С а л т ы к о в Что с братом и с сестрой Мы сделаем, когда на царство тот Пожалует?
Б о р и с Царевна Ксенья, встань И дорогому гостю поднеси Заздравную стопу!
К с е н и я (обходит стол и подносит стопу Басманову, с поклоном) Уважь, боярин!
Б а с м а н о в (принимая стопу) Во здравие царя и государя!
В с е Во здравие царя и государя!
Б о р и с (вставая) Во здравие боярина Петра Басманова! Пусть долго он живет, На образец другим, земле на славу, Врагам на страх!
В с е Во здравие его И много лет!
Б о р и с Да славится вовеки Святая Русь и да погибнут все Ее враги!
В с е Анафема врагам!
Б о р и с (садясь) Семь лет прошло, что я земли русийской Приял венец.
..."
"Однако же позвольте,— прерывают читатели. — Вот вам подлинные слова г. Перозио из 261-го номера "С.-Петербургских ведомостей". Прочитайте:
Тут дело еще не в массе читателей; мы спорим в виду читателей, так сказать, специальных, под которыми я понимаю акционеров Общества русского пароходства и торговли. Людям этим, положившим свои капиталы в предприятие и ожидающим от него великих и богатых милостей, мы доказываем: я — что дела Общества в плохом положении и что г. директор-распорядитель сообщает публике самые неверные сведения о ходе их; вы — что все это идет прекрасно и что я бессовестно лгу. У нас обоих в руках цифры, мы обвиняем, по-видимому, неголословно. Итак, гг. акционеры общества должны стоять между страхом и надеждою; т_а_к н_е л_у_ч_ш_е л_и р_а_з_о_м — и_л_и у_н_и_ч_т_о_ж_и_т_ь э_т_о_т с_т_р_а_х, и_л_и р_а_с_с_е_я_т_ь н_а_д_е_ж_д_ы? Перепискою или печатною полемикою мы никогда н_е у_я_с_н_и_м к_а_к с_л_е_д_у_е_т д_е_л_а, да и, согласитесь, — надоедим читателям и собьем окончательно с толку акционеров, чего — не знаю, как вы, г. Смирнов, а я решительно не желаю. По-моему, в_о_п_р_о_с о_б о_б_в_и_н_е_н_и_и к_о_г_о-н_и_б_у_д_ь в н_е_д_о_б_р_о_с_о_в_е_с_т_н_о_с_т_и и_л_и н_е_п_р_а_в_и_л_ь_н_о_с_т_и д_е_й_с_т_в_и_й и т. п. — в_о_п_р_о_с ю_р_и_д_и_ч_е_с_к_и_й; так почему бы нам не применить здесь систему гласного судопроизводства, которого все мы так добиваемся?
"Вот слова г. Перозио,— продолжают читатели, не бывшие в заседании,— как же можно понимать их, как не в том смысле, который мы в них нашли? Обратите на них внимание, разберите их: ясно, что г. Перозио желает раскрыть дело, объяснить, подтвердить и дополнить свои показания, разрешить сомнения, которые могли быть возбуждены его статьями, и пр. Устное объяснение предположено им как продолжение полемики о делах Общества русского пароходства и торговли, взамен тех новых статей, которые мог бы он, равно как и г. Смирнов, писать до бесконечности по этому предмету..."
Некоторым может показаться справедливым вывод провинциальных читателей...
